Когда 21 августа 1968 года советские танки вошли в Прагу, мне было под девятнадцать. Хорошо помню себя того, хотя вспоминать малоприятно. Я слушал зарубежное радио, читал Самиздат, вроде всё понимал, но перебарщивал с попыткой понимания. Их, которые в Кремле, как все мои друзья, не любил. Но говорил о целесообразности с их точки зрения. Не оправдывал, конечно, но умничал и рассуждал, что надо пытаться понять их позицию – иначе необъективно. Кивал на «Расёмон» Куросавы, где одно событие четыре очевидца описывают совершенно по-разному. Большой релятивист был, каким и в девятнадцать быть неудобно. Повзрослев, понял, что мантра «у всех своя правда» – ложь: одна – правда, другая – притворяется. И другая мантра «чума на оба ваши дома» – враньё. Так не бывает: какой-то из домов всегда заслуживает больше чумы. Виноватых поровну – нет.
В то время и демонстрация протеста 25 августа на Красной площади не сильно поколебала: какой смысл? ведь ничего же не изменится. Как раз 25 августа Франция провела успешное испытание водородной бомбы в Тихом океане и стала пятой ядерной державой: кто ж заметит восемь человек с плакатами в Москве. В свои неполные девятнадцать я рассуждал о целесообразности.
Мой ровесник – моложе на 18 дней – студент Владимир Гнулик погиб 21 августа 1968 года от огнестрельной раны в грудь. Повар Ярослав Кубеш – на 19 дней меня старше – был раздавлен военным грузовиком. Студент Марио Мусих – на год старше – тоже. Строитель Милан Лампер – старше меня на два месяца – застрелен. Все они убиты 21 августа у здания Чешского радио в Праге на углу Бальбинова и Виноградской, наискосок от которого я прожил с 95-го одиннадцать из своих тринадцати с лишним пражских лет.
Возле радио тогда погибли шестнадцать человек. От 18-летнего автомеханика Ивана Лайты и 44-летнего железнодорожника Ярослава Швеца, убитых осколками танкового снаряда, до 72-летнего пенсионера Яна Баборовского, сгоревшего заживо в своей квартире в доме напротив, когда танки стали стрелять по жилым зданиям. 28-летний Иржи Клапка разбился, выпрыгнув из окна горящей квартиры на Виноградской.
108 человек погибли в Чехословакии при вторжении, около 500 были серьезно ранены.
Петр Вайль (1949-2009)
Танки идут по Праге в закатной крови рассвета. Танки идут по правде, которая не газета.
Танки идут по соблазнам жить не во власти штампов. Танки идут по солдатам, сидящим внутри этих танков. Прежде, чем я подохну, как — мне не важно — прозван, я обращаюсь к потомку только с единственной просьбой.
Пусть надо мной — без рыданий — просто напишут, по правде: «Русский писатель. Раздавлен русскими танками в Праге».
Е.Евтушенко
Фото: Прага, Вацлавская площадь. 21 августа 1968 года за пару часов до появления советских танков в центре города. Reijo Nikkilä
Пражская весна
![](https://vox-gratis.com/wp-content/uploads/2024/04/screenshot_20240419-171222_gallery-scaled.jpg)